?

Log in

No account? Create an account
Вот такую таблицу не поленился кто-то составить, видимо в 1931-32 гг (кликабельна, а то так не видно ничего):

пишет nosikot в 4.000 лет мировой истории на одном листе!


Безусловно в таком формате невозможно многое сказать, но работа проведена неплохая, с учетом типичных перекосов и огрехов времени и места создания.

Read more...Collapse )

promo moris_levran december 22, 2014 02:45 7
Buy for 10 tokens
Византийская принцесса Анна – Великая княгиня Киевской Руси. В. Васнецов. "Крещение князя Владимира". В 1988 году в Советском Союзе отмечалась знаменательная дата – 1000-летие Крещения Руси. Минуло 26 лет, и сейчас можно рассмотреть подробнее эти события, поскольку к религии советская власть…

Каменное кольцо.

Каменное кольцо, найденное на берегу реки Ардон. Происхождение неизвестно.



Внутри минеральный материал, гладкий. Похож на стеклообразную массу. Снаружи - песок и мелкие камни, сплавленные в единое кольцо. Имеет магнитные свойства.

На одной из дорожек

Река Ардон

Памятник Уастырджи (Георгию Победоносцу) установлен в 1995 году на Транскавказской магистрали на окраине с. Тамиск.
ФотоCollapse )

Попалась в руки книга.


Сканирую. Год выпуска 1900. Какая-то выставка медицинской техники.
Просьба френдам, владеющим немецким, перевести название. Please.

Tags:

Японские учёные сообщают об успехах в использовании ультразвука для лечения когнитивной дисфункции у мышей с моделируемой сосудистой деменцией и болезнью Альцгеймера. Последние являются двумя наиболее распространёнными формами деменции (приобретённого слабоумия).

Ультразвук обещает справиться с деменцией

Воздействие ультразвука на мозг улучшило образование кровеносных сосудов, а также регенерацию (восстановление) нервных клеток.

Read more...Collapse )

Ссылка на источник



«Меня поддерживает убеждение, что “претерпевший до конца, тот спасется”, и сознание, что я остаюсь верным принципам выпуска 1889-го года»

Евгений Боткин родился 27 мая 1865 г. в Царском Селе, в семье выдающегося русского ученого и врача, основателя экспериментального направления в медицине Сергея Петровича Боткина. Его отец был придворным медиком императоров Александра II и Александра III.

Евгений был четвёртым ребёнком в семье. Пережил смерть матери, когда ему было десять лет. Она была редкой женщиной, достойной мужа: играла на множестве инструментов и тонко понимала музыку и литературу, в совершенстве владела несколькими языками. Супруги вместе устраивали знаменитые Боткинские субботы. Собирались родственники, в число которых входили поэт Афанасий Фет, меценат Павел Третьяков, и друзья, в том числе основатель российской физиологии Иван Сеченов, писатель Михаил Салтыков-Щедрин, композиторы Александр Бородин и Милий Балакирев. Все вместе за большим овальным столом они представляли из себя в высшей степени своеобразное сборище.

В этой чудесной атмосфере прошло раннее детство Евгения. Брат Пётр рассказывал: «Внутренне добрый, с необычайной душой, он испытывал ужас от любой схватки или драки. Мы, другие мальчишки, бывало, дрались с неистовством. Он, по обыкновению своему, не участвовал в наших поединках, но когда кулачный бой принимал опасный характер, он, рискуя получить травму, останавливал дерущихся…»
В детстве он получил прекрасное образование и сразу был принят в пятый класс Петербургской классической гимназии. После окончания гимназии поступил на физико-математический факультет Петербургского университета, однако после первого курса решил стать врачом и поступил на приготовительный курс Военно-медицинской академии.

Врачебный путь Евгения Боткина начался в январе 1890 г. с должности врача-ассистента Мариинской больницы для бедных. Через год он уехал за границу с научными целями, учился у ведущих европейский ученых, знакомился с устройством берлинских больниц. В мае 1892 г. Евгений Сергеевич стал врачом Придворной Капеллы, а с января 1894 г. вернулся в Мариинскую больницу. Вместе с тем он продолжил научную деятельность: занимался иммунологией, изучал сущность процесса лейкоцитоза и защитные свойства форменных элементов крови.

Женился Евгений Петрович в двадцать пять лет на 18-летней дворянке Ольге Владимировне Мануйловой. Супружество поначалу складывалось удивительно. Ольга рано осиротела, и муж стал для неё всем. Лишь чрезвычайная занятость мужа вызывала огорчение Ольги Владимировны – он работал в трёх и более местах, следуя примеру отца и многих других медиков той эпохи. Из Придворной капеллы спешил в Мариинскую больницу, оттуда – в Военно-медицинскую академию, где преподавал. И это не считая командировок.

Ольга была религиозна, а Евгений Сергеевич поначалу относился к вере скептически, но впоследствии полностью переменился. «Среди нас было мало верующих, – писал он о выпускниках академии незадолго до казни, летом 1918-го, – но принципы, исповедуемые каждым, были близки к христианским. Если к делам врача присоединяется вера, то это по особой к нему милости Божией. Одним из таких счастливцев – путём тяжкого испытания, потери моего первенца, полугодовалого сыночка Серёжи, – оказался и я».

С началом Русско-японской войны (1904) Евгений Боткин убыл в действующую армию добровольцем и стал заведующим медицинской частью Российского общества Красного Креста в Маньчжурской армии. По воспоминаниям очевидцев, несмотря на административную должность, он много времени проводил на передовой. За отличие в работе был награжден многими орденами, в том числе и боевыми офицерскими. Свои воспоминания он написал в книге Свет и тени русско-японской войны Во время выезда на передовую Евгений Сергеевич попал под артобстрел. Первая шрапнель разорвалась вдалеке, но затем снаряды начали ложиться всё ближе, так что выбитые ими камни полетели в людей и лошадей. Боткин хотел уже покинуть опасное место, когда подошёл раненный в ногу солдат. «Это был перст Божий, который и решил мой день», – вспоминал Боткин. «Иди спокойно, – сказал он раненому, – я останусь за тебя». Взял санитарную сумку и отправился к артиллеристам.

После смерти личного врача Царской Семьи, доктора Гирша, Евгения Боткина назначили лейб-медиком Царя. Доктор Боткин очень сблизился с Цесаревичем, который ужасно страдал. Евгений Сергеевич целые ночи проводил у его постели, и мальчик однажды признался ему: «Я вас люблю всем своим маленьким сердцем». Евгений Сергеевич улыбнулся. Редко ему приходилось улыбаться, когда речь шла об этом царственном ребёнке.

«Боли становились невыносимыми. Во дворце раздавались крики и плач мальчика, – вспоминал начальник дворцовой охраны Александр Спиридович. – Температура быстро поднималась. Боткин ни на минуту не отходил от ребёнка». «Я глубоко удивлён их энергией и самоотверженностью, – писал преподаватель Алексея и великих княжон Пьер Жильяр о докторах Владимире Деревенко и Евгении Боткине. – Помню, как после долгих ночных дежурств они радовались, что их маленький пациент снова в безопасности. Но улучшение наследника приписывалось не им, а… Распутину». Бессонные ночи, тяжкий труд подорвали здоровье Евгения Васильевича. Он так уставал, что засыпал в ванне, и лишь когда вода остывала, с трудом добирался до постели. Всё сильнее болела нога, пришлось завести костыль. Великая княжна Татьяна во время торжеств в честь 300-летия Дома Романовых в 1913 г. выпила воду из первого попавшегося крана и заболела тифом. Евгений Сергеевич выходил свою пациентку, при этом сам заразившись. Его положение оказалось много хуже, так как дежурства у постели царевны довели Боткина до полного истощения и сильной сердечной недостаточности. Лечил его брат Александр Боткин – неутомимый путешественник и изобретатель, построивший во время русско-японской войны подводную лодку. Он был не только доктором наук в области медицины, но и капитаном второго ранга.
Война 1914 года.
«Мой брат навестил меня в Санкт-Петербурге с двумя своими сыновьями, – вспоминал Пётр Боткин. – “Они сегодня оба уходят на фронт”, – сказал мне просто Евгений, как если б сказал: “Они идут в оперу”. Я не мог смотреть ему в лицо, потому что боялся прочесть в его глазах то, что он так тщательно скрывал: боль своего сердца при виде этих двух молодых жизней, уходящих от него впервые, а может быть, и навсегда…»

– Меня назначили в разведку, – сказал сын Дмитрий при расставании.
– Но тебя ведь ещё не назначили!.. – поправил его Евгений Сергеевич.
– О, это будет скоро, это неважно.
Его действительно назначали в разведку. Потом была телеграмма:
«Ваш сын Дмитрий во время наступления попал в засаду. Считается пропавшим без вести. Надеемся найти его живым».

Не нашли. Разведывательный патруль попал под обстрел немецкой пехоты. Дмитрий приказал своим людям отступать и оставался последним, прикрывая отход. Он был сыном и внуком врачей, бороться за чужие жизни было для него чем-то совершенно естественным. Его конь вернулся обратно, с простреленным седлом, а пленные немцы сообщили, что Дмитрий погиб, дав им свой последний бой. Ему было двадцать лет.
Евгений Сергеевич в тот страшный вечер, когда стало известно, что надежды больше нет, не проявлял никаких эмоций. Когда разговаривал со знакомым, его лицо оставалось неподвижным, голос был совершенно спокойным. Лишь оставшись наедине с Татьяной и Глебом, тихо произнёс: «Всё кончено. Он мёртв», – и горько заплакал. От этого удара Евгений Сергеевич уже никогда не оправился.

После февральского переворота 1917 года императорская семья была заключена в Александровском дворце Царского Села. Всем слугам и помощникам предложили по желанию покинуть узников. Но доктор Боткин остался с пациентами. Не пожелал он покинуть их и когда царскую семью было решено отправить в Тобольск. В Тобольске он открыл бесплатную медицинскую практику для местных жителей. В апреле 1918 года вместе с царской четой и их дочерью Марией доктора Боткина перевезли из Тобольска в Екатеринбург. В тот момент была еще возможность покинуть царскую семью, но медик их не оставил.

Иоганн Мейер, австрийский солдат, попавший в русский плен в годы Первой мировой войны и перешедший на сторону большевиков в Екатеринбурге, написал воспоминания «Как погибла царская семья». В книге он сообщает о сделанном большевиками предложении доктору Боткину оставить царскую семью и выбрать себе место работы, например, где-нибудь в московской клинике. Таким образом, один из всех заключенных дома особого назначения точно знал о скорой казни. Знал и, имея возможность выбора, предпочел спасению верность присяге, данной когда-то царю. Вот как это описывает Мейер: «Видите ли, я дал царю честное слово оставаться при нем до тех пор, пока он жив. Для человека моего положения невозможно не сдержать такого слова. Я также не могу оставить наследника одного. Как могу я это совместить со своей совестью? Вы все должны это понять».

Последнее письмо Е. Боткина перед расстрелом, найденное его палачами. Он знал о предстоящем расстреле...
«Я делаю последнюю попытку написать настоящее письмо – по крайней мере, отсюда… Мое добровольное заточение здесь настолько временем не ограничено, насколько ограничено мое земное существование. В сущности, я умер, умер для своих детей, для друзей, для дела... Я умер, но еще не похоронен, или заживо погребен – все равно, последствия практически одинаковы…

Надеждой себя не балую, иллюзиями не убаюкиваюсь и неприкрашенной действительности смотрю прямо в глаза… Меня поддерживает убеждение, что “претерпевший до конца спасется“ и сознание, что я остаюсь верным принципам выпуска 1889-го года. Если вера без дел мертва, то дела без веры могут существовать, и если кому из нас к делам присоединится и вера, то это лишь по особой к нему милости Божьей…

Это оправдывает и последнее мое решение, когда я не поколебался покинуть своих детей круглыми сиротами, чтобы исполнить свой врачебный долг до конца, как Авраам не поколебался по требованию Бога принести ему в жертву своего единственного сына»

Доктор Боткин был убит вместе со всей императорской семьёй в Екатеринбурге в Ипатьевском доме в ночь с 16 на 17 июля 1918 года. «Выстрелом в голову я прикончил его», – написал впоследствии Юровский. Он откровенно позировал и хвастался убийством. Когда в августе 1918-го попытались найти останки доктора Боткина, обнаружили лишь пенсне с разбитыми стёклами. Их осколки смешались с другими – от медальонов и образков, пузырьков и флакончиков, принадлежавших семье последнего русского Царя.

3 февраля 2016 года Евгений Сергеевич Боткин был причислен Русской Церковью к лику святых. За его прославление, само собой, ратовали православные медики. Многие оценили подвиг врача, сохранившего верность пациентам. Но не только это. Его вера была осознанной, выстраданной, вопреки искушениям времени. Евгений Сергеевич прошёл путь от неверия к святости, как хороший доктор идёт к больному, лишив себя права выбора – идти или нет. Много десятилетий говорить о нём было запрещено. Он лежал в это время в безымянной могиле – как враг народа, казнённый без суда и следствия. При этом именем его отца, Сергея Петровича Боткина, была названа одна из самых известных клиник в стране – он был прославлен как великий врач.

Е.С. Боткину

Погон малиновых просветы
И красный крест , что вдоль плеча,
Он был счастливейшим из смертных,
Неся служение врача.

И в этом подвиге особом
Имел высокий дар любить,
Что бы склоняться к рядовому
Или царя собой закрыть.

Он мужеством лечил их раны,
Надеждой был, как Моисей;
И звал их попросту Татьяна,
Анастасия, Алексей.

Зачем не спасся, не отринул,
Тот страшный роковой подвал -
« Я слово дал, что не покину»,
И не покинул, не предал.

Он говорил, слуга Отчизны-
«за все судьбу благодарю»,
Что выше долга, выше жизни,
Лишь слово, данное царю.

И совесть, та, что сердце мучит,
Иль радует, когда чиста,
Да будет встреча неминучей
В чертогах Господа Христа.

Когда от пуль, как от шимозы,
Взрывался роковой подвал,
Он еще жил, и в мирной позе,
Еще молился и дышал.

А впереди была дорога,
И горизонта яркий свет.
В тот день Евгений видел Бога,
И был тот миг, как тысяча лет.

Петр Кузнецов

http://vera-eskom.ru/2016/04/svyatoj-doktor-botkin/

В 2016 году православная церковь причислила Боткина к лику святых. После этого в Москве, Санкт-Петербурге и Новосибирске появились церкви в честь нового святого. В 2018 году новый православный храм появится в Екатеринбурге. Храм в Екатеринбурге будет стоять вблизи строящегося медицинского кластера, его посвятят не только Боткину, но и всем русским врачам. «Он порядочный человек был, искренний. Наши врачи практически все такие, они в ущерб себе, своей личной жизни делают так, чтобы человеку стало легче, исходя из тех средств и возможностей, которые у них есть», – сказал митрополит Екатеринбургский и Верхотурский Кирилл.
http://vesti-ural.ru/news/70901-xram-v-chest-evgeniya-botkina-postroyat-v-stolice-urala.html

Недавно астрономы смогли получить наиболее детальное изображение поверхности Бетельгейзе. В этом им помог комплекс радиотелескопов ALMA (Atacama Large Millimeter/submillimeter Array). Наблюдения на субмиллиметровых волнах обнаружили в системе огромный шлейф газа, сопоставимый по размеру с Солнечной системой. Также на поверхности звезды был замечен гигантский пузырь, поднимающийся из ее недр. Наблюдение за звездой Бетельгейзе поможет понять как устроенны супергиганты Бетельгейзе по размерам сопоставима с орбитой Марса или даже Юпитера. В течение ближайших сотен тысяч лет красный гигант коллапсирует, скорее всего с образованием сверхновой. В этом случае звезда на некоторое время станет третьим по яркости объектом на земном небе и ее можно будет увидеть даже днем.

Пятнистая поверхность Бетельгейзе полученная при использовании метода интерферометрии в инфракрасном свете.

Снимок телескопа «Гершель»
Некоторые ученые считают, что взрыва не будет, звезда просто сбросит свои внешние слои атмосферы, обнажив тяжелое плотное ядро (предположительно кислородно — неоновое) таким образом, образовав белый карлик. Звезда и сейчас постоянно теряет большое количество своего вещества с верхних слоев атмосферы, образуя вокруг себя огромное облако газа и пыли. На новых фото эти газовые туманности вокруг звезды хорошо заметны.
ФотоCollapse )

Profile

byzantine
moris_levran
moris_levran

Latest Month

August 2018
S M T W T F S
   1234
567891011
12131415161718
19202122232425
262728293031 

Tags

Syndicate

RSS Atom
Powered by LiveJournal.com
Designed by Paulina Bozek